* * *
"И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука..."
Десятки тысяч лет
она живет на свете.
Точеный силуэт
несется по планете.
Летит, на чем смогла -
на чем там мчат сегодня,
когда уже метла
и ступа непригодны?
Вновь - узкая рука
и древние поверья...
не в моде пусть шелка
и траурные перья.
Но жгучий глаз косит,
и брагой бродит зелье,
и, как дурман, кружит
бесовское веселье.
Что ночь наворожит -
не расколдует утро:
молитвенник открыт
На строчках Кама-Сутры.
Дымится четкий след,
озоном пахнет ветер...
Десятки тысяч лет
она живет на свете.
24 января 1993 г.
* * *
Именем звезды летящей,
именем царевны спящей,
утром листьев, ночью пня,
вьюги, ветра и огня,
именем крыла и бега,
именем дождя и снега,
блеском мглы и тьмой вины,
вечным воплем тишины,
колдовской неслышной ратью,
черным голодом проклятья,
пеньем лис и визгом сов,
гарью пройденных мостов,
желтой патокой измены,
тухлым хохотом гиены,
ледяным провалом глаз,
верою, что Бог не спас,
жизнью, прожитой на плахе,
между ужасом и страхом,
между пламенем и льдом,
между плетью и кнутом,
заклинаю...
4 августа 1993 г.
НАГОВОР
Плещется жгучее зелье в стакане -
в лунную ночь приходи на свиданье
на перекресток в серебряном свете,
там, где свирепствует северный ветер.
Бешено пляшут фонарные тени,
ветер-налетчик обшарит, разденет,
кляпом вобьется, в последнем удушье
рухнешь беспомощно и неуклюже.
Черные призраки гонят карету,
черные гривы летят против ветра,
черные тени на лунной аллее,
я на скаку подскочу, обогрею,
в замке воздушном на облаке белом
будешь ты править, моя королева,
кроток, послушен и еле заметен
ляжет у ног твоих северный ветер,
струны эоловой арфы сыграют
музыку сфер для тебя, дорогая,
и ожидая твоих повелений,
звезды покорно падут на колени.
Страстно Венера прильнет к Водолею -
лунною ночью ты станешь моею,
нам Млечный путь - простыня на постели -
пей же скорей приворотное зелье!
1 января 1994 г.
* * *
Ночью пела одна на пустом берегу,
и линия жизни свивалась в жгут,
затягиваясь все прочнее
петлей на напрягшейся шее.
А вторая встряхнула свой калейдоскоп,
и посыпались звезды, смешав гороскоп,
и стерев до последнего знака
все созвездия Зодиака.
Ну а третья плясала на склоне горы,
и крошились и рушились в пропасть миры
из-под ног, догорая в тумане,
ничьего не исполнив желанья.
И от звезд, земли и морской воды
возвращаясь мгновенно, как боль, как дым,
к разговорам, к делам, к постели,
три в одном сливаются теле.
Ни падучим звездам, ни линиям рук,
ни судьбе, что вписана в жесткий круг,
ей не верится. Ноет шея.
Звезды светятся все слабее.
1 декабря 1994 г.
ЗАКЛЯТЬЕ
Не услышишь, не найдешь,
ветер сдует, смоет дождь,
унесут за край земли,
чтоб дознаться не смогли,
заворожены следы,
заморожена молва,
ложь сложна, остынет стыд,
тень - не та, свело слова,
вера врет, и боль близка,
искрой выскользнет из глаз -
перестанешь ты искать,
позабудешь в тот же час.
Горю - греть, годам - гадать,
кроме ветра и дождя,
края света и меня,
знает пепел на камнях:
то, что не было - ушло,
то, что было - пыль в глаза,
то, что есть - не стоит слов,
то, что будет - знать нельзя.
26 апреля 1996 г.
* * *
Скрипнет дверь, и окно отворится,
встрепенувшись, погаснет день,
над прогнувшейся половицей
шевельнется неясная тень.
Все родное здесь, без сомнения,
первозданный вселенский покой,
и знакомое привидение
мне приветливо машет рукой.
Я живу по своим законам,
где реальность, как ваши сны,
я условностями не скована,
и в пространствах брожу иных.
Ну а вы, застряв на границе,
и укрывшись в своем незнании,
все не верите, все боитесь,
волоча себя на заклание.
Страны, близкие мне, враждебны вам,
в трех соснах заблудившись, кружите,
и тоску свою беспросветную
заглушаете фильмами ужасов.
10 июля 1996 года.
* * *
Могла бы. Мне просто лень.
Я очень ленивая ведьма.
Я - сила, но только третья.
Не Зло. Не Добро. И плен
их четких суждений душен -
ведь мне ярлыков не нужно
и кем-то воздвигнутых стен.
Я ведаю. Мне подвластны
лихая беда и счастье.
Забавно в Судьбу сыграть -
то миловать, то карать.
Пир ада, вериги рая
разглядываю сквозь мглу,
миры я перебираю,
как толпы послушных слуг.
Но не надейтесь на чудо,
и мой не ищите след:
хотела помочь я людям
и знаю как, но не буду,
хоть это совсем не трудно.
Могла бы. Мне просто лень.
9 августа 1996 г.
ШЕПОТ
Белый сгусток, черный крест,
духа хруст, и плоти месть,
память клада лжет в земле,
правда - ядом на столе,
конь железный - ржавый лом,
профиль бездны над седлом,
темный замок на холсте,
сумрак в раме ждет гостей,
визг щеколды, хляби всхлип -
зов дошел до дна Земли,
чернью рун, и ленью лет
скрыт ведуньи силуэт,
чаша, острый меч, и ночь.
Бог не смотрит все равно.
12 августа 1996 г.
ПОПЫТКА
Ведьма-ведунья, в каком окне
то, что судьбою назначено мне?
Можешь без страха рукой показать -
видишь, закрыты мои глаза.
Ведьма-ведунья, ответь, не злись,
видишь, в ушах моих комья земли,
я не услышу, и ты не грешна -
льется ли свет из того окна?
Ведьма-ведунья, отбрось свой щит,
видишь, что дерном мой рот забит,
ноги мои - это корни пня,
ты никогда не услышишь меня.
21 октября 1996 г.
* * *
Вы умеете колдовать?
Важно не перепутать слова -
раз уж мир составлен из букв,
то ответит на каждый звук.
Вы умеете ворожить?
Тут наверчено столько лжи -
про отвар из поганок и мух,
видно, страх нашептал этот слух.
Вы не пробовали гадать?
Карты, линии рук - ерунда,
гуща в чашке, и прочий бред,
просто видеть - вот весь секрет.
Не пытались ли вы летать?
Не на крыльях, конечно, - так,
мимо тоненьких свечек звезд,
отрубив непускающий хвост
притяженья, забот, долгов,
обещаний, надежд - всего,
что решается взмахом ножа?
Вот и я не могу, а жаль.
19 июня 1997 года.
* * *
Вроде, ведьма, но ведьма - расстрига,
отказавшаяся от метлы.
В рукавах от жилетки по фиге,
кот ученый к другой отвалил.
Не взлететь, все прогулочки, с понтом,
тщусь постичь укороченный мир,
распластались мои горизонты
на оконных решетках квартир.
В суете мельтешусь рядом с вами,
шабаш кончен - дела да дела,
и бормочет проклятая память:
"Милый Августин, как я могла!"
17 ноября 1997 года
* * *
Корона над облаками,
мантией - Млечный путь,
покорно крошась под ногами,
столетья мостят мне тропу.
Три сути во мне, три начала:
Творец, Исполнитель, Судья,
из тысячи тысяч реален
лишь мой вариант бытия.
У власти моей нет пределов,
мир замер песчинкой у ног.
А как это мне надоело,
понять не сумел даже Бог.
30 октября 1997 год
СЧИТАЛКА
Человечек сплел колечко,
положил себе на плечи,
но кольцо вцепилось в глотку,
переплавилось в колодки,
склеп поспел, и свод подковой -
человечек окольцован,
плетью около лица
в локонах оскал кольца,
колокол, как конь зацокал:
из кольца сковали цоколь,
колет локоть, жжется жгут -
заколотят, проклянут,
век - увечье, кровь - кровать,
некому расколдовать.
19 ноября 1997 года
* * *
Нет у меня ни зеленой, ни синей,
ни оранжевой, ни красной нитки.
Лишь черная и белая в моей корзине,
только ими узор мой выткан.
Лишь черная и белая, чет и нечет,
по и против часовой стрелки -
простенький выбор из Ничего и Нечего,
зеркало напротив зеркала.
Там, где против часовой - огоньки в памяти,
по - там бабушка еще надвое -
кости брошены, по воздуху летят покамест, и
не видать, которой гранью падают.
Я тончайшим кружевом украшу прошлое,
вам глянется оно розовым,
в быль добавлю небыли да сказок крошева -
историкам бальзам и философам.
По и против часовой пробегают годы,
черно-белые меняя темы.
Не порвать вам мои нитки, не уйти на свободу,
потому что я и есть - Время.
20 ноября 1999 года.
ПОД РАКИТОВЫЙ КУСТОК
Я принесу семь вязанок дров,
я разложу свои семь костров,
строго по кругу, и я внутри.
- Здравствуй, огонь, - говорю, - гори!
Разом вспыхнули семь костров,
семь сигнальных огней, семь строф,
семь лучей протянулись вверх -
я посредине, одна за всех.
Это семь дней, семь недель, семь лет,
те семь бед, где один ответ,
пусть они прогорят дотла -
я отвечу, за тем пришла.
Молния выглянет из-за туч,
вниз пошлет смертоносный луч -
семь костров это тайный знак.
Я ухвачусь за ее зигзаг.
Как напряженно стучат часы,
я ускользаю от их косы,
я исчезаю сквозь семь небес,
больше не будет "сейчас" и "здесь".
Слушайте, люди, кому не лень -
я приглашаю вас в новый день,
после седьмого идет восьмой -
кто понимает меня - за мной!
Брать не придется с собой ни гроша,
уйти ли, остаться ли - вам решать.
Ворота открыты, за ними мир,
времени уйма на выбор - миг.
12 августа 2000 года.
НАЗАД