Подготовка к Зиланту началась давно. Еще на сборе Хранителей в октябре мы договорились сделать стендовый доклад Арды-на-Куличках, время от времени я пинала хранителей в сторону сделать что-то для этой надобности. Хранители пинались плохо, видимо, мешало расстояние. У меня лично был завал с Каминным залом, где я проводила реформу, с Архивом, куда надо было хоть изредка что-то выкладывать, чтобы не потерять посетителей, с работой, где надо было сидеть от звонка до звонка без компьютера, ну и еще много всякого, навскидку не вспомнить, а вообще-то и незачем. Одно слово - завал. До начала ноября я даже была не в курсе, когда поеду - дадут ли отгул на работе. Дали. И мне даже посчастливилось взять последний билет обратно. Брала я одна, следовательно, наших в блоке не было. Хорошо хоть вообще были в вагоне. И вообще счастье, что я не опоздала на поезд - примчалась на платформу за три минуты до отхода поезда, и так пришлось отпроситься на полчаса раньше с работы. После отправления поезда прогулялась по вагонам, пообщалась с нашими, потом выключили свет. Вспомнив, как в прошлом году закрывали вагоны то ли в десять, то ли в одиннадцать, ушла спать. Тем более что пели песни мы в первом вагоне, а место у меня было в пятнадцатом. Ночью не спала - слишком холодно.

       Рано утром приехали в Казань, на платформе встречал некий человек от оргкомитета, который не знал не только адреса гостиницы, но даже ее названия. Я решила доехать до ДК, зарегистрироваться и там все выяснить - все равно по пути. Однако встреченные в трамвае Росвалд и Саша Эрлих дорогу до гостиницы знали, поэтому я поехала сначала туда кинуть вещи. Дальше было интересно. В гостинице нам решительно сказали, что мест нет. Почему нет? Потому что в неурочный срок приехали строители и заняли чуть ли не всю гостиницу. Где ближайшие гостиницы? Не знают. Плюнуть на гостиницу и заселиться в ДК либо школу я не могла - спальник и пенка остались в Москве. Бабульки за стойкой регистрации пошушукались и сказали, что, может, и изыщут места. Ждем. Дождались, места были изысканы. На пятом этаже. Бросив вещи, приняв душ и почувствовав себя человеком, я призвала народ заняться делом. А именно, склейкой стенда Арды-на-Куличках. Пока я резала бутерброды и кипятила воду, народ делом занялся. Саша раздавал распечатки, Росвалд и примкнувший Борис их резали и клеили в полотно. Порезав, склеив и перекусив, все вместе поехали в ДК. Зарегистрировались. За время стояния в очереди начали встречать друзей отовсюду, чем потом занимались чуть ли не до последнего дня. Я, по крайней мере. Покончив с регистрацией, выяснилось, что стенд для Арды может быть где угодно на любой стене. Нашли относительно светлое и пригодное для чтения место, призвали Роста как наместника АнК помочь в нелегком деле ровного развешивания листов АнК по стенам. Рост с Росвалдом усердно развешивали, я выдавала нумерованые листы и пыталась давать указания. Саша сидел у стены напротив и глядел скептически, Джаргал иногда пробегал мимо в разные стороны. У уже развешанных листов начинал собираться народ. В двенадцать состоялось рабочее открытие ЗилантКона, где кратко описали долженствующие произойти мероприятия. Не помню вообще, может, проспала.

       После рабочего открытия мы большой компанией пошли обедать (завтракать/ужинать) в соседнюю школу, где проходила большая часть семинаров. Вообще мне думается, что лучше проводить семинары в ДК, если есть место. Правда, в этом году места, очевидно, не было. Лично мне не нравится бегать по морозу туда-сюда из ДК в школу, чтобы везде успеть. Но как бы там ни было, столовая в школе оказалась знатная. И качеством еды, и низкими ценами. По крайней мере стакан чая там стоил в 7 раз меньше, чем в столовой МГУ. Обедали в таком составе: Ратимир, Нимри, Джаргал, Росвалд, Эрлих, Скилудр, Дуглас, Рост и я. Запомнился за весь Зилант один-единственный этот обед, потому что сидели долго и весело. Отобедав, вернулись в ДК на торжественное открытие. Не очень хорошо помню, сколько было времени, помню только, что вечерело. Вроде бы в этот же день был отчет по Хи-99. Сначала выступил Бабур, приведя точные цифры расхода и прихода в долларах. Взносы сдали далеко не все, Бабур выложил определенную сумму из своего кармана. Отчиталась за игровой Мандос Раэнел, вызвав на себя нападки со стороны Кучмы на тему того, что в Мандосе человеку должно быть плохо, чтобы на игре присутствовал инстинкт самосохранения. Спорили долго, к выводам не пришли. Потом мы на эту тему спорили еще с Росвалдом до вечера, пришли к совершенно отвлеченным от спора понятиям. Сказала что-то Ниенна. После этого в ДК слушали концерт Джем и Сауроныча. Около одиннадцати мы с Эрлихом пошли пешком в гостиницу. Слушайте мой совет: никогда не ходите до гостиницы пешком! Это очень долго и холодно! Пришли, поднялись наверх. Спать мне не хотелось, развлечений в нашем четырехместном блоке не намечалось, я пошла гулять по коридорам, искать приключений и развлечений. На шестом этаже бегали с пистолетами DOOMеры. Они развлекались :) Заглянула к поющей компании, потом ушла, случайно нашла комнату Элиан. Пообщавшись до трех утра, решила считать веселье законченным и отправилась спать.

       Утро. День второй. Пока я гладила бальное платье, Росвалд с Эрлихом ушли за покупками. Подождав минут 15 и соскучившись в одиночестве, я поехала в ДК.
       Программа началась с презентации лоркиной Хи '2000. И презентация, и концепция оказались весьма необычны. Мастерская группа обещала вскорости создать web-сайт с правилами и прочим. По окончании презентации я с грустью посмотрела на часы и поняла, что обеда сегодня не будет. Через пять минут начинался семинар по толкинистике, причем не в ДК, а в соседней школе, до которой еще надо было бежать по улице. Добежала вовремя. Семинар был очень интересным! Уж на что хороша была секция толкинистики в том году, но с этим не сравнить. Ведущая секции - Кэтрин Кинн. Сначала читала доклад Иллет о "Кольце Всевластья". Необычность доклада заключалась в том, что голоса у Иллет не было. Поэтому она шептала доклад, а Кинн громко переводила общественности. Потом доклад читали Алина Немирова (про феномен толкинизма) и Сафа. Заключительным докладом был как всегда доклад Кинн. На закрытии фестиваля доклад Кинн был признан самым лучшим, однако, приза за него не дали - потому что Кэтрин вела секцию. По-моему странно. Единственное, что было плохо - это пропущенный семинар по "Перекрестку", который шел в параллель.

       Бал. Для увеселения гостей на балу предполагалась игра, которую организовали Лин с Лунгом. Я не очень хорошо понимаю, какое гостям должно было быть от этой игры увеселение, поскольку играли мы для себя и весьма камерно. Суть игры: к государю Балину прибывает посольство из соседнего государства. В составе посольства три благородных дона, три благородные дамы, капитан стражи и три стражника. Всем бы были хороши приезжие гости, кабы не были вампирами. Об этом, впрочем, никому особо не известно. У государя Балина есть дочь на выданье и сын-наследник. Глава соседнего государства направляет в составе посольства троих юношей охмурять наследницу, и троих девушек, соответственно, очаровывать наследника. Вампиры живут до-о-олго, переживет супруга наследника, а супруг - наследницу, тут-то власть и переменится. Действующие лица: капитан стражи - Сигурд (Уфа), стражники - Керн (Москва), Сигурд (Новосибирск), Вик (Уфа); благородные доны: Моро (Горловка), Джулиан (Новосибирск), Бенедикт (Новотроицк), дамы - Тильтиль (Новосибирск), Фай (Москва) и я, соответственно. Наследница - Таня Ливанова (Уфа), наследник - не знаю (Казань). Когда, перед выходом в бальный зал, нас всех познакомили, молодые люди резонно заметили: "А зачем нам наследница?". Что подумали мы, дамы, я, пожалуй, говорить не буду. Издали показали нам и наследника, чтобы знать, на какого зверя охота.
       В сопровождении стражи посольство вступило в зал. Государь Балин милостиво махнул в нашу сторону рукой и сообщил гостям, что на балу присутствует иноземное посольство, которое он просит не убивать. Охота началась. Наши молодые люди тут же разбежались по залу в поисках принцессы, стража припустила за ними. Тиль тихо-тихо куда- то ускользнула незамеченная, мы с Фай остались при Сигурде. Сигурд велел никуда не отходить, чтобы ему было удобнее нас защищать. При таких условиях было довольно трудно заниматься поисками принца, коего надлежало завлечь и обольстить. Ни у меня, ни, как мне кажется, у Фай, желания обольщать принца не было. Ну то есть совсем никакого желания. В сопровождении Сигурда, мы обошли зал, и на середине пути отметили Тиль, танцующую с принцем. Я вздохнула с облегчением. Теперь можно было начинать развлекаться. Сигурд как-то незаметно сменился на Керна, каковой доложил, что его пыталась нанять некая леди Тошка для убийства некоей леди Йовин. На мой разумный вопрос, в чем будет состоять предложенная оплата, Керн ответил - натурой. "Не интересно..." - огорчилась я. "Ну почему же..." - промурлыкал Керн. Разыскав леди Йовин, я намекнула ей о предполагающемся на нее покушении. Леди мне не поверила. Ну что же, я свое дело сделала. Кстати, до конца бала, встречая вышеупомянутую леди в разных уголках зала, я каждый раз убеждалась, что покушения так и не произошло. Но однажды, во время разговора с благородной леди, я краем глаза заметила молодого человека в черном бархате с серебром, который вился вокруг и явно что-то замышлял. Я продолжала разговор, с интересом наблюдая, что он предпримет. Вполне могло оказаться, что он просто хотел пригласить меня танцевать. Однако, ничего подобного он не хотел. Т.е. пригласить-то пригласил, но тут же начал усердно расспрашивать меня о моей родной стране, а через две минуты общения предложил руку и сердце. Все это было ужасно подозрительно. Я решила предложение обдумать и посоветоваться с нашими. О чем претенденту и сообщила. Он, кланяясь, сунул руку за пояс и что-то оттуда потащил. Ух, как я испугалась! Я отпрыгнула от него чуть ли не на метр - а кто его знает, а вдруг у него там серебряный клинок, вот и попробуй докажи потом, что ты не шпион повстанцев. Удивленный претендент выволок из-за пояса шоколадку, и, прельстиво улыбаясь, вручил ее мне. Обернувшись в поисках стражи, я никого не заметила. В панике побежала к выходу, там обнаружила Фай с Керном. Возмутительно! Втроем мы прогуливались по залу, и вдруг я заметила своего ухажера, почтительно беседующего с мрачной фигурой в черной рясе и крестом на груди. "Все ясно." - зловеще подумала я и дала указание Керну отвадить ухажера под предлогом, что он-де запятнал себя порочащими связями.
       Сердцем наследницы завладел Джулиан, втихомолку и с государева одобрения была сыграна свадьба. Так же гладко получилось и у Тиль с наследником. Блуждая по залам с целью или без цели, я неизменно отмечала группу в черных плащах, стоящую на одном месте и с интересом глядящую вокруг. Я рассудила так: если бы это были просто гости на балу, то они бы с ума сошли от скуки, простояв весь бал на одном месте в одной компании. А раз скуки на лицах нет, значит, что-то здесь не чисто. Пройдя очередной раз мимо, я остановилась и попросила Керна узнать у них, кто они, собственно говоря, такие. В ответ главный в группе слегка откинул плащ и сложил руки на груди, открывая взорам длиннющий черный коготь. Группа оказалась местным семейством вампиров, и тут же нам была предложена с их стороны всяческая помощь и поддержка. ...Тем временем проснулся ведьмак и вышел на охоту. Он кинул вызов Джулиану, и спустя пять минут был Джулианом серьезно ранен. Ведьмак, лежа на земле, все тянул Джулиану руку, хотел пожать. Не знаю, чем это могло грозить вампиру, но мы с принцессой соприкоснуться рукам не дали. Тогда обозленный ведьмак начал шептать: "Люди... слушайте...Они..." Бедняга хотел, несомненно, раскрыть людям нашу вампирскую сущность, однако коготь Сигурда вовремя прервал ведьмачьи разоблачения. Случившаяся неподалеку Лунг коварно улыбнулась и крикнула: "Убийца! Убийца!" Джулиан тут жы был вызван на поединок Борисом Батыршиным, то ли был убит, то ли не был, т.к. борисов якобы серебряный клинок не был заранее предъявлен судьям и признан серебряным, потом Борис искал ссоры с Сигурдом...безуспешно...ему было заявлено, что "господин капитан на службе и отвечать на вызовы права не имеет" - игра уже пошла под уклон, стала неуклонно рассыпаться - и совсем рассыпалась. Государь Балин, хмуря брови, заявил, что от нашего посольства слишком много беспокойства, и он просит нас покинуть страну. Тиль - жена наследника - осталась, а наследница каким-то образом поссорилась с отцом и была изгнана с нами. Цель, однако, была достигнута. Дама из нашего посольства заняла свое место вблизи престола, оставалось только выжидать. Игроки частью разошлись, частью ушли с Лином в "трезвый зал" общаться и приходить в себя. Упав на чей-то спальник в трезвом зале и посмотрев на часы, я поняла, что пора бежать быстро, если я еще хочу успеть уехать в гостиницу на последнем трамвае. Успела, уехала. Даже в компании. Переодеваться не стала, только смыла мастерски наведенные Лунгом вампирские губы, чтобы не пугать народ - и побежала наверх праздновать день рождения Кинн. Около трех часов мы распрощались с хозяевами и пошли спать.

       Утро, день третий. Проснувшись, как обычно на Зиланте, за пятнадцать минут до звонка будильника, умывшись, перекусив и накормив соседей, я поехала в ДК. Надо было срочно решать вопрос с тем, где жить, потому что за гостиницу я платила за два дня, а третий решила провести там, где интереснее. Т.е., вероятно, в санатории-профилактории. Там в этот Зилант жила едва ли не половина гостей. Тем более, что накануне ночью в параллель с Днем Варенья Кинн шло веселье в номере Ратимира в санатории. Была некоторая надежда, что следующей ночью веселье будет продолжено. В трамвае пообщалась с Рустом, не без приятности для себя и выгоды для Арды-н-К. Дождавшись в ДК сонных Ратимира и Co, я убедилась, что места в санатории есть. Прихватив Росвалда для компании, для поднятия тяжестей и в качестве проводника в санаторий-профилакторий. Такой вот универсальный Росвалд на все руки. Зарегистрировалась, удостоверилась, что цены там вполовину меньше, чем в гостинице. Кинули сумку, вернулись в ДК. Вскорости начался концерт Руста в музыкальном салоне. На середине концерта господа оргкомитет выгнали нас оттуда и попросили переместиться в малый зал. Техника у них, мол, там лучше. По мне, так менестрель с микрофоном - то же самое, что менестрель на кассете. Т.е. не так интересно, как совсем живой менестрель. Но с оргкомитетом поспорить не удалось. Переместились. Потом там же был концерт Потани. А после этого - в большом зале - концерт Лорки. Очень хороший день получился. Люблю песни! Люблю Руста, Лорку, Потаню.

       Большой концерт. Опоздав на некоторое положенное время, он все-таки начался. Пока не начался - разговаривала с Иллет, потом слушали. Первым выступал Буркин с тремя песнями. Воздержусь от комментариев. Честно говоря, потом уже порядка не помню. Пели Сказочник, Горлум, Тэм, Йовин, Потаня, Руст, Лиссэ, Сауроныч, Крыс, Свиридов (почему-то два раза - один раз спел, а другой раз обругал всех, что не слушают, болтают на темы посторонние, не уважают и проч.) Потом выходившая Иллет вернулась в зал с Таллэ, припомнив мое желание с ней познакомиться. Решив не беспокоить выступающих разговорами, мы с Таллэ пошли общаться сначала просто к выходу, а потом в оргкомитет, где мне были выданы в некотором количестве материалы для публикации в сети. Когда я вернулась в зал, там по-моему пела Руна, а потом она сказала, что Лин петь не будет. И предложила послушать вместо него Бориса Мерлина из Новосибирска. Зал вежливо приготовился слушать Борю Мерлина. Может это только я такая дикая, неграмотная и не знаю, что Боря Мерлин=Борис Лазеев. По-моему, объяви Руна, что петь будет Борис Лазеев, встать - может, зал бы и не встал, но аплодисментов хватило бы минут на десять. Сама по себе я слышала как-то на Зиланте Борю Мерлина из Новосибирска, мне понравилось, я еще подумала: "Ай да новосибирцы! И Крыс у них, и Боря Мерлин, и кого только не." Только потом, в Москве, Лин разъяснил мне, кого мы, собственно, слушали. Завершил концерт Сева Глущенко.

       После концерта было некоторое общение с Фангорном и Сергеем Ярославцевым, а потом мы пошли веселиться к Ратимиру. Ух и холод-д-дно же было на улице!!! Дошли до санатория- профилактория, я отправилась к себе разбирать сумку и налаживать контакт с цивильной соседкой по комнате. Разложила вещи, напоила соседку чаем, кратко объяснила, что мы тут на конференции и по ночам предпочитаем работать, нежели спать, и пусть она двери не закрывает, и раньше четырех меня не ждет. Потом зашла к Ратимиру. В комнате присутствовали Андрей с Дашей, Ольга и Дуглас. Ратимир с Ростом поехали закупаться, Фирнвен еще не пришла из ДК, Ольга предприняла героическую попытку заснуть. Мы немножко побеседовали, периодически засыпая на середине фразы. Потом прибежали оледеневшие Ратимир с Ростом и стали рассказывать, как далеко они ходили и как замерзли. Пришла Фирнвен в сопровождении, причем сопровождение дальше входной двери не пустили бдительные бабушки. Веселье началось.
       Уж и не помню, чем мы там веселились - вроде бы просто трепались на разные темы, потом Фирнвен что-то пела, потом пришла Ниенна и ее долгое время уговаривали тоже спеть. Как-то вдруг в номере появились три гитары, из которых Ниенна все выбирала наиболее настроенную, и что-то наверное спела. За это Ниенне налили, она прихватила стакан и свиту и пошла курить в коридор. Минут через 40 вернулась и собралась забрать все гитары для якобы Дена Назгула. Гитар Ниенне не дали, но Дена попросили позвать. Позванный Ден поминутно порывался вскочить и убежать, но ему это удалось только после песни. Потом пришла оголодавшая ниеннина художница, долго что-то кушала с большим удовольствием. Она завела разговор с Ратимиром об идолах, я посмотрела на часы - и решила, что веселья на сегодня довольно. Сколько было времени - не помню. Оставшийся в комнате народ размещался спать следующим образом.

       Утром около девяти встала и выяснила, что горячей воды не дали. Как потом рассказывали, она пошла около двенадцати. Приняв холодный душ для бодрости (это была ошибка! Я не могла целый день согреться!!!), я заглянула к Ратимиру, убедилась, что все кроме Ольги, Фирнвен и Дугласа спят. Вернулась, напоила чаем соседку, распрощалась с ней, прихватила сумку и потащила ее в ДК, по дороге выписавшись из санатория-профилактория. В ДК ничего интересного не было аж до 13.30 (концерт Йовин и Тэм), я бродила по коридорам, общалась с Ринкой, еще с кем-то, слушала чьи-то песни. Концерт был великолепен. Не далее как за неделю до Зиланта я набила йовинский склерозник, в связи с чем все песни (и новые) знала чуть ли не наизусть. Потом через некоторое время состоялось закрытие, объявили награждаемых (среди них Раэнел за "Отрицание кошки"). Объявили некоторые цифры:

На Зилантконе'99 присутствовало 783 человека,
из них 600 приезжие из 29 городов.

       Что еще помнится? Отдельные вспышки, кадры. Тонкие пальцы, сомкнувшиеся на черном бархате рукава Джулиана - не касайся руки Ведьмака, кто его, Ведьмака знает, чего он умеет... Мы с Иллет сидим вдвоем на кровати в кинн-ринском номере, разглядываем картинки в альбоме, сверху нависает художник и дает комментарии... Таллэ, склонившись над экраном ноутбука, скидывает мне на дискету свои тексты... Мы с Витой (Friday) сидим в "пьяном зале", слушаем Карину из Самары... Разговор с Фангорном у дверей Большого зала... Ратимир, вставший "в позу", чтобы его Дуглас сфотографировал... Пронзительный холод на улице, мы со Скилом идем из школы в ДК; Скил, коварно улыбнувшись, достает откуда-то бутылочку и предлагает согреться... Нимри "при исполнении", сидящий у входных дверей ДК... Проплывающие мимо окна трамвая белые стены Казанского Кремля...

       Из ДК ехали в составе Нимри, Дугласа, меня и Роста, который нас (меня) провожал. Росвалд возмутительно умотал на вокзал раньше, никого не предупредив и ни с кем не попрощавшись. Поезд уже стоял на платформе и, распрощавшись с Ростом, я туда полезла в вагон, громко стуча зубами от холода. Наивная! Я надеялась, что там будет теплее!

       Как и ожидалось, в моем блоке из наших была я одна. Очередной раз я вспомнила недобрым словом обстоятельства, помешавшие мне взять билет вместе с Винтрой, когда она мне предлагала. Дождавшись проверки билетов и удостоверившись, что вагоны ночью закрывать не будут, я отправилась бродить по составу. Помимо наших туда-сюда бегали еще группы школьников, которые ехали на экскурсию в Питер. В четвертом вагоне я угнездилась на некоторое время для беседы и только-только собралась обратно (грустно было как-то, отъезд - он ведь не приезд), как в вагон ввалилась буйная компания во главе с Ниенной, которая, по словам Мелли, исполняла квест дойти по всему составу из последнего вагона в первый. Трезво взглянув на компанию, я настоятельно посоветовала им дальше не ходить. Приняв во внимание мои рекомендации, дальше не пошли, а осели в том же блоке. Насколько я понимаю, там жил Ведьмак с девушкой и Скилудр. И еще кто-то. Наверное. Не прошло и часа, как компания отправилась восвояси в последний вагон, а я - в первый. Спать. В три часа утра я проснулась от четкого ощущения, что уже утро и мы подъезжаем к Москве. В полумраке не разглядев стрелку на часах, я рванулась с верхней полки умываться, на ходу хватая умывальные принадлежности. В коридоре, присмотревшись к часам, я с тяжким вздохом мысленно покрутила у виска и повернула обратно.

       Наутро в вагоне царил вполне ощутимый минус, он пробирал и сквозь пальто, и сквозь теплое одеяло. По радио передавали песню Мадонны "You are frozen", соседи начинали собирали вещи и пили чай с лимоном, принесенный замученным проводником в зеленой форме. Не хотелось ни есть, ни спать, вообще ничего не хотелось. У входа в метро наконец-то встретилась с ненайденной вчера Винтрой. Домой, в душ, завтракать, на работу - все. Вернулась. Пошел следующий виток.