Тошка. Архив Элинор. Архив "Зеленый Джаспер".

Шорох шагов прибоя.
Ждет Валинор героев.
Проклятых и прощенных
Ждет Валинор назад.
К гавани онемелой
Кто бы пришел с омелой
По площадям мощеным
Сквозь обреченный град.
Носит по свету, носит
Нас ласселанта, осень,
Сорванных листьев стаю
Носят ветра времен.
Палубы белоснежны,
Запад зовет надеждой...
Тает мой берег, тает...
Взгляд мой лесами полн.

R.:
Плачь, море, плачь!
Пой, ветер, пой!
Лес белых мачт -
Лес ныне мой...

Берег эльдар и эдайн,
Преданный мне, мной предан
В руки иных народов,
В цепи иной судьбе.
Пусть для Идущих Следом
Станут теплом и хлебом
Наших скитаний годы...
Край мой, Намариэ!

1996

* * *

Гордого рыцаря ждет тропа.
Веретено ждет девичьих рук.
Клады зарытые ждут лопат.
Верного друга ждет верный друг.

Гордого рыцаря ждет дракон.
Деву прекрасную - свод темниц.
Ждет Короля-Следопыта трон.
Битвы ждут стаи кровавых птиц.

Рыцаря, знаю, победа ждет.
Деву прекрасную - юный принц.
Вешних лучей ожидает лед.
Небо над морем ждет белых птиц.

Белая книга ждет черных строк,
Тьма непроглядная ждет огня...
Сбудутся все ожиданья в срок.
Что же в стране этой ждет меня?..

1996

* * *

Убоявшись обаянья
Взгляда, голоса, струны,
Находили оправданье
В том, что мы слегка пьяны.

В том, что хочется о чем-то
Так воздушно тосковать,
Перекатывать, как четки
Песен будущих слова.

А когда, тоску взлелеяв,
Воспарим и ринем вниз,
Применим, как панацею
Трезвость, скепсис и цинизм.

Мол, воздушное воздушным,
А земное - нам, земным.
Если снова станет скучно -
Затоскуем, воспарим.

1997

* * *

Змейским ситуационкам посвящается.

Не то любви, не то беды,
Чудес, смертей ли, воскресений -
Мне надо, надо потрясений,
А дни мои бедны, бедны.

...что было - боже упаси!
Я опущу перечисленья.
У большей части населенья
Такого нервам не снести.

Что ж я потрясена - собой -
Хоть по натуре и не злобна,
Но конкурировать способна
С чумой и атомной войной.

А голос внутренний дает
Совет - язвительно, но метко:
- Два пальца запусти в розетку -
Великолепно потрясет!

1997

* * *

Мне нужен дом не для того, чтоб пить
Его уют, как вар медвяной чаши.
Я просто не умею уходить
Не возвращаясь.

Мне нужен путь, дремучая война,
Броски без сна и цель любой ценою.
Не потому, что кровь пьяней вина -
Чтоб стать собою.

И чтоб, возненавидев вой мортир
И скабрезные байки канонира,
Понять, что я искал в боях не мир -
Тоску о мире,

Тоску о доме, где уют плывет,
Как вар свечи - лениво и спокойно,
О доме, где меня все время ждет
Тоска по войнам.

1997

ВИСА

Слово силой стало
Стали ратной ране.
Речи ранят метче
Резвых сечи чаек.

Враг коварный рано
В рог трубит - убиты.
Врет - мертв вор безродный -
Вой победной меди.

Нидом невредимо
Не дает врать татю
Слово сына Финвэ,
Спата Финарато.

1997

* * *

Голосом со струн, серебром в лицо
Северный поток набежал с вершин.
Солнечным лучом заключил в кольцо.
Только, чем любить, если нет души?

Что тебе отдать, если сердца нет?
Что нести в ладонях, дарить и петь?..
Может, ты и прав, мой прекрасный эльф,
Может, самый лучший подарок - смерть...

Только ты не верь мне, я снова вру.
Слишком много <Я> даже здесь, в стихах.
Все переиначу я, все сотру.
Как тебя любить, если всюду страх?!

Если всюду солнце - сплошной поток,
А сморгну - исчезнет и будет хмарь.
Кто кого придумал? Здесь каждый - бог.
Ангел, королева, весна-алтарь...

1997

ЛОРИЕНСКАЯ СТРАШИЛКА

"Никто из вошедших в этот лес не возвращался таким как был..."

Боромир

Сотни дорог в жгут тугой совьются,
Петлями ляжет в лесах тропа.
Эхом ауканью отзовутся
На не людском языке слова:

Будешь бежать, пока есть дыханье,
Лесом исхлестанный по лицу.
Ты, зачарованный заклинаньем,
Душу забыл в колдовском лесу.

Будешь дороги шагами мерить,
Но не вернется к тебе покой.
Будешь всю жизнь в возвращенье верить
За позабытой в лесу душой.

1998

* * *

Солнца лучи -
это как-то по-детски.
Нам подавай теперь
грязи, мрази,
темных страстей,
подсознания смрада -
это больше похоже на правду?
Опустошенность.
Кто я? Кто я?
Любви, любви,
смысла, цели:
Стать обнаженной точкой,
константой,
целым.

1998

* * *

Покуда в пользу "Быть" решен вопрос,
Нам, право, не найти конца вопросам.
Я год назад себе казался взрослым,
А нынче снова взрослость перерос.

Я снова не испуган словом "Смерть",
Вернувшись к восприятию подростка.
Все так легко, прозрачно, ясно, просто,
Что я боюсь нечаянно взлететь.

И даже тот заоблачный пейзаж
Почти что различим, почти что близок,
Но я еще цепляюсь за карнизы,
За нажитый годами антураж.

Растерянный от легкости удач
От не-сопротивления материи
Я - главный режиссер своих мистерий -
Творю очередной вселенский плач.

1998

* * *

Листья шуршат по асфальту.

Здесь первозданный дремучий лесной материк.
Тысячи лет до Москвы или тысячи вместо.
Если б никто никогда не дошел в это место:
Только леса - много верст, много миль, много лиг.

Будто в бракованном кадре два кадра слились
Призрачный город и призрачный лес допотопный.
Майа! Я первый, в чащобе нащупавший тропы
Вышел сюда и увидел - асфальт, шорох, лист:

1998

* * *

Сердце, само собой, бьется в клетке.
Птица, как водится, рвется прочь.
Камень нем.
Разговорчив сверчок.
Судьба в монетке -
Тысяча и одна волшебная ночь.

За острословьем в карман не лазить.
Шпагой пришпиливать мотыльков.
Сны смотреть,

Вроде бы, роли не схожи даже -
Только инкогнито и роднит,
Но:

1998

* * *

Больное небо Петербурга
Из мглы серебряного века
Недоброй волей демиурга
Легло на здешние проспекты.

И был рассвет - сырым и черным.
Из подворотен и вокзалов
В мой город ждавший обреченно
Сны сквозняками выползали.

И день с закрытыми глазами
Поплыл в неоновом кумаре -
Продавший душу за незнанье
Прилично-безразличный старец.

И вечер пал, как камень в воду.
И шли подобны ледоколам
Те, что лелеяли свободу,
Но выбирали пепси-колу.

1998

* * *

Зима! Морозный нашатырь!
Пирог с хрустящей коркой наста!
Пассионарная Сибирь
Слепяще-снежной шкурой барса
Уютный старый материк
Закутала, запеленала.
И этот час, и в этот миг -
Зима настала.

1998

ПОЕДИНОК ФИНРОДА И САУРОНА

(В соавторстве с Йовин)

Саурон:
Без роду, без вести,
Без меча, без чести.
В орочьем обличье
Вор кончину кличет.
Черным чарам ночи
Свет - как зверь для гончих.
Тьме, ведунье мудрой,
Ведом одра сумрак.
Горькой гарью в горле
Звук и слог застынет.
Мертвые - смерть стерла -
Имени не имут.

Финрод:
Слово станет сетью,
Паутиной черной,
Но не сломлен словом,
Встанет непокорный.
Слово станет волей,
Слово станет светом,
Темному заклятью
Прозвучит ответом.
Слово станет сталью,
Блеск излив холодный.
Хоть не равны силы -
Выстоит свободный.

Саурон:
Истинное слово?
Коваль, куй оковы!
Твой - беспечной речью -
Свод свобод очерчен.
Сам собой не познан,
Звук заклятья создал.
Звук в душе зрит бреши,
Где герой повержен.
Где герой - предатель ,
Познает заклятье.
Но поверив в правду,
Разве будешь прав ты?

Финрод:
Слово станет клятвой
Вечно нерушимой.
Укрепляя сердце,
Верность станет силой.
Слово станет жизнью,
Вечною любовью,
Вознесет преграду
Темному злословью.
Слово станет верой
В правоту победы,
И любовь разрушит
Чар чужих тенета.

Саурон:
Раб любви во власти
Не-свободы счастья
Не найдет и тени
Радости творенья.
Сыгран хором Эру
Мир на лире веры,
Догмой стиснув Тему,
Гамму сделав геммой.
Гению - рвать нервы,
Став рабом шедевра.
Замер, в камень впаян,
Мертв творенья пламень.

Финрод:
Верю, в каждом сердце
Жив огонь творенья.
Свет рассеет сумрак
Чар хитросплетенья.
Слово станет песней,
Майскою листвою,
Радугой над лесом,
Пеною морскою.
Мир не скроет тенью,
Льду под солнцем таять.
Вечен свет творенья
И бессмертна память.

Саурон:
Память не камея -
Глыбы груз на шее.
Не найти забвенья
Проклятым твореньям.
Свет, согреть не властен
Лед кристаллов, гаснет.
Тьма хохочет - ложен
Свет, что сгинуть может.
Пепла и полымя...
Плена и полыни...
Полыньей, по льдинам...
Плачем лебединым...

Финрод:
Слово станет пеплом
В пламени сраженья.
Сила -не победа,
Смерть - не пораженье.

Саурон:
Ты сказал. Ты словом,
Как цепями скован,
В сердце смерть лелея.
Отказать - не смею...

1998

* * *

Сто лет над замком тишь да сон.
Густой, тенистый полог леса.
Ты никого не ждешь, принцесса.
Полет видений невесом.

Сто лет малиной и быльем
Горбатый мостик зарастает.
Сто лет лишь стрекозиной стае
Глядеться в сонный водоем.

Сто лет внимает слух земле,
Ловя неумолимый цокот.
Сто лет - плющом увитый цоколь,
Не вянет роза - сотню лет.

В тот миг, когда веретено
Кольнуло палец алой точкой
Звук- призрак, как куранты точен
Путь начал, время сочтено.

Сто лет все ближе, все ясней,
Все четче россыпь дробной рыси.
Ты спишь. И только в звонкой выси
Твой ястреб ждет твоих гостей.

Сто лет (о боже мой - сто лет!)
Призывно приоткрыты губы...
Пока не грянут праздник трубы,
Столетья меряет брегет.

1998

* * *

Оно уже в пути. Оно еще придет.
Счастливое, как жизнь. Простое, как полет.
Соря, как фейерверк, безумствуя, как бес,
Оно еще придет - то чудо из чудес.

Не распылиться б мне на тысячи забот,
Не растерять себя, пока оно идет.
Не обмануться б мне похожестью других -
Не чуда фейерверк, а фокусы шутих.

Но нет! Как не узнать его летящий шаг.
И блеск его лучей, и зов великих саг.
Как распахнется мир! Как в вешний сад окно.
Я б сам его открыл, да знать бы - где оно.

О! Я тогда пойду по улицам, как бог,
Неся перед собой сияющий лоток,
Швыряя чудеса, как пригоршни монет.
На нет - нет и суда, а есть - бери весь свет.

И золотой чумой по синим городам
Несется и растет веселый тарарам.
Повсюду и везде мальцы и старики
Играют в чудеса, как некогда в снежки:

Вот так и будет все, когда оно придет,
Коль я до той поры на мелочи забот
Не распылю свой пыл. И я себя несу,
Как хрупкий дорогой наполненный сосуд.

Я вглядываюсь в дни, ища его примет.
И вроде нахожу, но пригляжусь - ан нет.
Но как поверить мне, что счастья не найти!
Оно еще придет. Оно уже в пути.

1998

* * *

Все песни о весне. Как будто нет других.
Газетные столбцы, квартальные отчеты:
Придуманных проблем то нечеты, то четы.
Но что-то не придуманное есть?
Смотри:

Как закрутилась света карусель,
Как солнце по ступеням рассыпалось.
Канкан, капель, янтарь и карамель:
Ты кутаешься в зимнюю усталость,
А свежесть пробирает изнутри.

Давай хоть о весне, раз песен нет других.
Давай хоть о любви, раз все слова без смысла!
Хоть жмурься, хоть моргай, но - радуга повисла
Во всю земную ширь. Не замечать -
смешно.

Пусть! Если решка - возлюбить весь свет,
Орел - идти домой и пить таблетки.
Ну, просто, никакой управы нет!
По лестнице звенящие монетки
То подлетят, то встанут на ребро.

1998

Тексты опубликованы с разрешения Автора